Студенты перед началом лекции

Почему наше образование и рынок труда существуют в параллельных мирах?

632
(обновлено 16:14 28.03.2018)
Колумнист Sputnik, молодой ученый и программист Иван Сюльжин рассуждает о том, почему наше образование и рынок труда не могут согласоваться друг с другом.

На университетском выпускном, который проходил у нас совместно со студентами гуманитарного факультета, ведущий неоднократно задавал один и тот же вопрос: определились ли мы, что собираемся делать дальше.

У всех выпускников-технарей на тот момент уже была работа, на которой их ждали с распростертыми объятьями. Гуманитарии же отвечали уклончиво, говорили, что собираются отдохнуть, осмотреться, начинать искать работу.

О том, какие специальности востребованы в стране, я четко знал задолго до того, как передо мной возник вопрос выбора профессии. И список этот с тех пор практически не изменился, за исключением разве что пары-тройки пунктов. Но при этом абитуриенты с завидным упорством продолжают штурмовать не самые перспективные специальности, порой заставляя родителей раскошелиться ради по сути бесполезной "корочки" своего чада.

В результате молодая выпускница с дипломом экономиста жалуется, что уже полгода не может найти работу, даже отбросив мечты устроиться по специальности. Почему же молодые люди не учитывают печальный опыт старших поколений и продолжают наступать на те же грабли?

Бег по кругу

К сожалению, многие современные студенты сами не знают, чего хотят от своего образования и кем собираются быть в дальнейшем, а кто-то вовсе поступает просто для того, чтобы отложить вступление во взрослую жизнь и необходимость становиться на ноги.

И проблема в том, что продолжать эту порочную практику заинтересованы все участники процесса. Школы получают возможность демонстрировать высокий процент поступивших в вузы, университеты — заполнить платные места, родители — гордиться успехами своих детей. В накладе остается последнее и ключевое звено цепочки — работодатель, и, как следствие, экономика государства.

Отчасти, впрочем, так называемый реальный сектор в этом тоже виноват. Выпускники школ находятся в своеобразном информационном вакууме, слабо представляя, чего ждать от предлагаемых профессий. В свое время я решил поступать на факультет радиофизики БГУ не в последнюю очередь из-за того, что это было единственное учебное заведение, которое провело для нас экскурсию по ближайшему НИИ, рассказав, чем занимаются выпускники.

Сейчас, конечно, ситуация чуть лучше. Многие IT-компании приглашают к себе школьников, показывают свои офисы, детально расписывают преимущества профессии и этапы, которые придется пройти для ее получения. Даже дарят сувениры на память. Правда, делают это немногие.

Многие предприятия уже больше десятка лет, глядя на отсутствие молодых кадров, лишь плачутся в интервью различным изданиям. Так, к примеру, о том, что швея — достаточно востребованная специальность, дающая возможность претендовать на заветные пятьсот долларов, школьники могут узнать из СМИ, но никак не от представителя фабрики, пытающегося разжечь в молодежи интерес к профессии.

Молодые кадры без инфантильности

Мне кажется, работодателям давно пора начать мыслить на перспективу и пытаться готовить сотрудников со школьной скамьи. А пока абитуриенты не хотят видеть за дипломом контур своей будущей работы, предпочитая прятаться от нее в раковину разговоров о бескорыстной любви к изучению культурологии или мировой экономики.

Реформы образования, которые сейчас идут, также не способствуют прогрессу. Попытка как можно скорее вытолкнуть на рынок труда свежую кровь привела к тому, что туда начали попадать слишком юные и неподготовленные к жизни кадры.

В Европе говорят о необходимости расширить границы подросткового возраста. В то же время у нас шестнадцатилетние выпускники школ — не редкость. Последнее сокращение срока обучения в университете привело к тому, что к двадцати годам можно стать обладателем диплома о высшем образовании, пока западные ровесники делают первые селфи с только что полученным аттестатом. А к двадцати пяти — успеть сменить несколько компаний и стать востребованным специалистом.

Но это если повезет. Чаще, мне кажется, все складывается не так радужно. Выпускники школ в большинстве своем несовершеннолетние и по закону даже не могут работать полный день. В какой-то степени они правы в своем стремлении отложить столкновение с реальностью на пару лет. Ценой ему, правда, становится превращение университетов в инкубаторы для недоучившихся школьников.

И только после окончания вуза становится, как писал классик, мучительно больно за бесцельно прожитые годы. На рынке труда резко оказывается масса людей с никому не нужными дипломами, при том что за услуги автослесаря, электрика, а порой даже уборщицы приходится платить явно выше среднего по стране.

Казалось бы, должно прийти осознание того, в какой профессии можно зарабатывать, и указать дорогу к ближайшему колледжу, но уже поздно. Серьезно, вы представляете себе выпускника, скажем, юрфака, сидящего за одной партой с вчерашним школьником и слушающего про премудрости установки сантехники? Я — с трудом. Так и образуется прослойка молодых людей, которым работать головой негде, а руками — не позволяет гордость.

"Посылать людей на войну необученными — значит предавать их", — писал Конфуций.

К сожалению, наше образование и рынок труда существуют в параллельных реальностях, и давно пора задуматься о том, как их свести.

632
Теги:
профориентация, образование, трудоустройство, распределение, Отказ от распределения, профессионально-техничекое образование, Беларусь
По теме
Абитуриенты в шоке, студенты в панике: что изменят в вузах
Загрузка...


Колумнисты

Орбита Sputnik