Руководитель РНПЦ трансплантации органов и тканей Олег Руммо

Олег Руммо: каждый мой пациент идет за мной всю жизнь

2927
(обновлено 09:18 30.03.2017)
Один из самых известных белорусских врачей в откровенном интервью Sputnik рассказал, почему стал сенатором, зачем белорусам иностранные органы и почему трансплантолог на работе, даже если сидит в парной.

В 2008 он провел первую трансплантацию печени в Беларуси. Тогда это стало большим медицинским прорывом в нашей стране, а сам Руммо, которому еще не было и 40-ка, — одним из самых известных врачей Беларуси.

Сейчас у него множество должностей и ипостасей — от директора РНПЦ трансплантации органов и тканей до сенатора. Во время февральского "Большого разговора" президент назвал его великим. Примерно каждую четвертую операцию в РПНЦ он по-прежнему делает сам — на его счету самые сложные и тяжелые пациенты. А от циркулирующих слухов, которые прочат его в министры здравоохранения, Руммо уже устал отмахиваться.

Корреспондент Sputnik Светлана Лицкевич попила зеленого чая с самым известным белорусским доктором и выяснила, сколько весит груз ответственности, почему у каждого весомого трансплантолога в мире есть фото с президентом его страны, должен ли в каждом отличнике жить хулиган и почему самая сложная борьба — внутривидовая.

© Sputnik
Фрагмент выступления Александра Лукашенко в ходе "Большого разговора с президентом"

800 километров для трансплантации — не дистанция

— Олег Олегович, недавно вы стали сенатором — членом Совета Республики. Скажите, зачем вам депутатство — ведь вы известный доктор, причем доктор, как говорят, очень увлеченный…

— Интересно было посмотреть эту систему изнутри. Без профессии я себя, действительно, не представляю, не хотел из нее уходить, поэтому и стал сенатором Совета Республики. Тут было несколько "за", если не считать любопытства (смеется — Sputnik). Первое и самое главное — хочу, чтобы наша трансплантация интегрировалась в мировое сообщество, в том числе и в законодательной плоскости. И это вопрос не одного дня. Надо все хорошо взвесить, спрогнозировать все возможные последствия. Во-вторых — страна мне много дала, а я не отношусь к категории неблагодарных людей. Я должен тоже что-то ей дать, как-то отработать. Это абсолютно искренне — я не лукавлю. Для меня есть вещи, которые по-настоящему святы: Слуцк — город, где я родился, там погост, на котором лежат мои бабушка и дедушка, там живут мои пожилые родители, родители моей жены — всем этим я очень дорожу. Ну и в-третьих, как бы это ни звучало, но в общении с зарубежными коллегами такая должность добавляет вес — это тоже надо понимать.

— А какие претензии у вас к существующему законодательству?

— Хорош тот закон, который работает. Анализ законодательства постсоветских стран показывает, что законодательная база стран бывшего СССР в области трансплантации мало чем отличается от, допустим, австрийской, но там она работает, а украинская, допустим, — не работает. В РФ закон почти такой же, как у нас, но работает в 5 раз хуже. Все это надо проанализировать и потом очень осторожно что-то делать.

В кабинете главного трансплантолога портрет деда-фронтовика и православная икона
© Sputnik / Марина Серебрякова
В кабинете главного трансплантолога портрет деда-фронтовика и православная икона

Здесь важны знания, взвешенность и никаких скоропалительных решений. С законами по-другому нельзя. А когда кто-то кричит, что сейчас всех предпринимателей освободит от всего на свете, всем обиженным тунеядцам даст по шоколадке — и в стране все заколосится, — это смешно. Я реально стою на земле, я вижу, как живут люди в других странах — мне есть с чем сравнивать. Я понимаю, что люди, которые находятся в оппозиции, они не за страну радеют, для них главное — укусить власть — за палец, за пятку — до чего дотянутся. А все их лозунги нереальны и не от жизни.

Я по своей натуре человек не деструктивный. Любые перемены, связанные с кровопролитием — для меня исключены. Не для этого всех нас матери рожали, чтобы погибать. И самой высшей и незыблемой ценностью для меня всегда была и будет жизнь человека. Есть болезни, к сожалению. И я с ними борюсь, как могу.

А если вернуться к трансплантационному законодательству, то его надо оптимизировать, хоть всем и надоело это слово. Его надо улучшить — чтобы иметь возможность делать больше трансплантаций в нашей стране за счет сотрудничества с другими странами. Нужны программы по взаимодействию в этой сфере и с Евросоюзом и Российской Федерацией. Они вроде бы и есть, но все хотят скорее получить от нас что-то, чем дать. Скажем, если в Европе наших коллег из Молдовы они учат бесплатно, то с нами готовы делиться опытом только за деньги.

Надо расширять наши горизонты, чтобы, когда человеку необходимы экстренно печень или сердце, была возможность получить органы в Чехии или в Венгрии, Польше или Литве, и чтобы мы могли помочь, если им понадобится. Особенно хотелось бы упрочить сотрудничество с Россией — ведь 800 километров до Москвы или Петербурга — это не дистанция для трансплантации.

К сожалению, не бывает руководства без бумаг, без административной работы - но без этого не обойтись, если хочешь сам организовывать процесс
© Sputnik / Марина Серебрякова
К сожалению, не бывает руководства без бумаг, без административной работы - но без этого не обойтись, если хочешь сам организовывать процесс

Хочешь все устроить — сделай это сам

— Могли бы вы представить свою жизнь вообще без административной нагрузки? Чтобы только наука, операционная, благодарные пациенты и новые технологии — и никаких бумажек, приказов и отчетов?

— У каждого из нас это одинаково: когда впервые входишь в клинику, всякий, кто работает тут пару лет, кажется тебе небожителем. Потом твой рот начинает постепенно закрываться — начинаешь реально оценивать своих коллег — видишь их трудоспособность, талант, трудолюбие. И начинаешь понимать, что ты хочешь реализоваться. Сделать лучше всех операцию — это прекрасно, но это помощь одному человеку. Делать их все время блестяще — это тоже здорово, но это насколько здоровья хватит — помощь максимум 10 людям в неделю. Но если ты хочешь реализовать свои идеи и помочь гораздо большему количеству людей — ты понимаешь, что надо руководить, организовывать, учить, создавать процесс так, чтобы достичь наибольшей эффективности. К сожалению, не бывает руководства без бумаг, без административной работы, без поездок в Минздрав, без Совета Республики. Иначе однажды пора себе сказать, что ты закрытый профессионал, для которого важен только конкретный пациент, его здоровье, что больше ничего не интересует. Это хорошая человеческая позиция. Удобная. Потому что всегда проще. Так и ответственности меньше, чем когда за тобой коллектив, за который ты отвечаешь, и если прокалываешься — страдает весь коллектив. Но это позволяет добиться гораздо большего. Я выбрал этот путь вполне осознанно. Не было бы в 2008 трансплантации, если бы я не стал в 2005 году администратором.

— Трансплантология — нетипичная специализация для молодых врачей 90-х. Как получилось, что вы ее выбрали?

— Тогда все только начиналось, было интересно, загадочно и модно. Это казалось невероятным — спасать человека, у которого жизнь уже даже не месяцами измеряется, а днями. Естественно, о трансплантологии я ничего тогда не знал. В странах западной Европы, в США в трансплантации работают в основном выходцы из стран юго-восточной Азии, из Индии. Почему? Работа тяжелая. Но это понимание пришло позже. Вначале была романтика — ты делаешь удивительные вещи, то, что другим не под силу. У нас молодая, талантливая и амбициозная команда. Мы все этим горим, готовы не есть, не спасть, работать без выходных. Но позже пришло осознание, что у твоего выбора есть и обратная сторона — рыбалка с друзьями, поездки с семьей, нормальные суббота и воскресенье, запланированный отпуск — всего этого ты безнадежно лишен. Я не могу сказать, что я от этого страдаю — это осознанный выбор. Трансплантология — такая история. Здесь невозможно с 8 до 17. Наш вариант: 7 дней в неделю и 24 часа в сутки.

В трансплантологии не бывает, что пожали друг другу руки после хорошо сделанной операции и разошлись: каждый пациент, которого я оперировал идет за мной всю жизнь, говорит Руммо
© Sputnik / Марина Серебрякова
В трансплантологии не бывает, что пожали друг другу руки после хорошо сделанной операции и разошлись: каждый пациент, которого я оперировал идет за мной всю жизнь, говорит Руммо

— Объясните: такой режим связан с затяжными операциями и с внезапностью появления органов…

— Со всем. И с тем, что пациент далеко не всегда поправляется так, как хотелось бы. Здесь не прощаются после хорошо сделанной операции. Этот пациент идет за мной всю жизнь.

Я не могу сказать, что я только этим и живу — мне есть чем заниматься и чем жить. Но я об этом постоянно думаю — и когда просто валяюсь перед телевизором или смотрю футбол, иной раз и ночью с этой мыслью просыпаюсь. Я "прокручиваю" каждого пациента, когда сижу в бане или отдыхаю где-то с семьей. Я не ухожу с работы. Каждый вечер мне звонят в 21:30 коллеги и докладывают о состоянии каждого пациента. В 08:30 у меня обход — и о каждом пациенте я знаю, как он пережил ночь. Я могу не назвать фамилию, но о состоянии его здоровья я знаю все.

Конечно, все идут за романтикой — за известностью, за сложностью, за тем, чтобы сделать так, как не делал до тебя никто — ведь отрасль очень быстро движется вперед. Отрезвление приходит потом. Но счастье медицины в том, что когда ты понимаешь все и начинаешь трезветь, ты без этого уже не можешь. Ты становишься профессиональным "алкоголиком" — нервничаешь и раздражаешься, если слишком надолго отрываешься от работы.

Житейские радости и внутривидовая борьба

— А маленькие житейские радости можете себе позволить?

— Легко. Не 2008 год, когда мы все были незаменимые. Есть кому встать к столу, если ты, положим, коньячку принял. Впрочем, я не до такой степени выпиваю, чтобы себя не контролировать — всегда помогу консультацией или советом. Не бывает такого, чтобы меня искали, чтобы я не поднимал телефон. "Ушел за хлебом и через два дня вернулся" — это не про меня однозначно. Прокомментировать ситуацию на основании моих знаний, должности, статуса, принять решение, взять ответственность — я всегда могу. Конечно, если выпил — в операционную уже не поеду. Это противоречит моим принципам. Операцию сделают другие.

— И даже в отпуске не бывает желания отключить телефон "и пусть весь мир подождет"?

— Я на связи всегда. И знаю, что происходит с каждым из пациентов. Дистанционная планерка с коллегами каждый день. Мы тщательно планируем отпуска, чтобы не уходить вместе. Обязательно остаются люди, которые могут сделать трансплантацию. Может, не такую сложную, как сделала бы наша бригада, они возьмут другого. Но процесс не будет останавливаться. В любой момент решение будет приниматься. Даже если я буду в Нью-Йорке на конгрессе — все равно в любом сложном вопросе принимать решение буду я.

9-я городская клиническая больница Минска
© Sputnik / Марина Серебрякова
9-я городская клиническая больница Минска

— А вас не тяготит ответственность? Когда вся тяжесть принятия решения ложится только на вас?

— Здесь только так. Мнить себя стратегом и наблюдать бой со стороны? Давать оценку действиям коллег и комментировать их ошибки? С моей точки зрения это не только не профессионально, но и не этично. Меня такая позиция по-человечески не устраивает. Если я здесь, я за это отвечаю. Если не хочу ответственности — у меня есть лист бумаги, где я могу написать, что я по этому поводу думаю. Взять две-три палаты пациентов и отвечать только за них и за те операции, которые выполнишь лично. По-другому не бывает.

— Как вы оцениваете, мягко говоря, не слишком дружелюбную оценку коллег: дескать, хорошо быть первыми, когда нет закрытых дверей, когда государство готово всегда идти навстречу? Попытались бы они выжить при условиях остаточного финансирования…

— Знаете, как у Дарвина: самый сложный вид борьбы — это внутривидовая. Мы уже все общество убедили, нас поддерживают. Но убедить своих коллег — это такая сложная история.

Приходилось не раз слышать упреки — все деньги отдают на трансплантацию, а нам стены не за что покрасить. Хотя все клиники Минска имеют примерно такое же оборудование, что и наш центр. И областные клиники. Да, мы больше зарабатываем, можем позволить за свои деньги отправить доктора на стажировку на месяц, на два, на три. Но по возможностям — мы все на одной линии. Но когда у кого-то получается лучше — мы склонны искать причины не в себе, не в том, что где-то не дорабатываем, не в том, что то-то делаем не так. Причина в том, что кому-то дают больше. Порой убедить свое профессиональное сообщество очень сложно.

О том, почему каждый исследователь должен быть немного хулиганом, где будет новый белорусский центр хирургии и трансплантации, зачем президент Польши подписал карту донора и почему "Peugeot 407" — отличная машина, читайте в продолжении беседы с Олегом Руммо на Sputnik.

2927
Теги:
хирургия, трансплантология, Трансплантация, РНПЦ трансплантации органов и тканей, Олег Руммо, Минск, Беларусь
Темы:
Что доктор прописал: лучшие врачи Беларуси на Sputnik (14)

Как вылавливают рыбу на Сельце и при чем здесь коты и бакланы

1383
(обновлено 17:53 23.10.2020)
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Водохранилище Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Бакланы над водохранилищем
  • При строительстве рыбхоза выпрямили русло реки Ясельда и затопили земли, непригодные для ведения сельского хозяйства
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Рыбные места привлекают котов со всей округи
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Рыбные места привлекают котов со всей округи
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
  • Опытный рыбхоз Селец
Как выращивают и вылавливают осетров и карасей в крупнейшем рыбном хозяйстве Беларуси, смотрите в фотоленте Sputnik.

Опытный рыбхоз "Селец" расположен у одноименного водохранилища. Это единственный рыбхоз в Беларуси, который занимается выращиванием белуги и в будущем году рассчитывает получить первое белужье потомство. Ведь икра белуги очень ценится, и при весе рыбы в 70 кг она может давать до 10 килограммов деликатесного продукта!

А пока белуга подрастает, рыбхоз вовсю продает другие виды прудовых рыб. Как происходит осенний лов, узнали корреспонденты Sputnik.

Подробнее об этом читайте в репортаже:

1383
  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Опытный рыбхоз "Селец" расположен у одноименного водохранилища.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Это единственный рыбхоз в Беларуси, который занимается выращиванием белуги.

  • Водохранилище Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Рыбхоз был создан в 1979 году, для чего пришлось выпрямить русло реки Ясельда и затопить земли, непригодные для ведения сельского хозяйства.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Здесь выращивают прудовую рыбу, такую как карп, форель, толстолобик, белый амур, щука, карась.

  • Бакланы над водохранилищем
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Рыбхозу приходится постоянно бороться с бакланами. В день морская птица съедает до пяти килограммов рыбы.

  • При строительстве рыбхоза выпрямили русло реки Ясельда и затопили земли, непригодные для ведения сельского хозяйства
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Приходится сражаться и с бобрами, которые строят плотины в каналах.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    На каждом пруду есть свой собственный рыбоуловитель, где за один раз можно выловить около 30 тонн рыбы.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Осетров в семилетнем возрасте вылавливают и везут на УЗИ. Там решается их дальнейшая судьба: отправиться на продажу или расти дальше.

  • Рыбные места привлекают котов со всей округи
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Рыбные места привлекают котов со всей округи.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Сейчас рыбхоз – это сложная система водоемов и каналов, общая водная гладь которых превышает 2 тысячи гектаров.

  • Рыбные места привлекают котов со всей округи
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Где рыбка – там и котик. Сытый и уверенный в себе.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    На каждом таком ковше установлены электронные весы. Контроль и учет – наше все.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Сеголеток на зиму переселяют в другой водоем.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    В рыбхозе нет цеха переработки икры, поэтому осетры отправляются заказчикам в самой республике и на экспорт в Россию.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Для перевозки осетра используют специально оборудованные машины с подключенными баллонами с кислородом, чтобы рыба дышала.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Живую рыбу грузят в машины при помощи специального электрического подъемного крана.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Грузят рыбу предельно аккуратно, потому что каждую травмированную рыбу приходится отправлять прямиком в коптильный цех.

  • Опытный рыбхоз Селец
    © Sputnik / Виктор Толочко

    Женщины на специальном столе сортируют рыбу по видам и классу. Затем приезжают машины, чтобы забрать живым весом рыбу, которая нужна торговым сетям.

Теги:
Беларусь, Березовский район (Брестская область), осетровые, рыба
Опытный рыбхоз Селец

Особенности белорусской рыбалки: путина и рутина

2414
(обновлено 11:11 24.10.2020)
Рыбачить в свое удовольствие может каждый, но для кого-то хобби заменяет работа. Как выловить несколько тысяч тонн рыбы без удочки и заработать миллионы, узнал Sputnik.

Настоящий рыбхоз сродни ферме: здесь и молодняк, и крупная рыба, и даже свое стадо производителей. Для разведения рыбы нужно много воды, а для такого хозяйства, как "Селец", по белорусским меркам — просто море. Судите сами: рыбхоз занимает площадь 3 тысячи гектаров, из которых больше двух с половиной – это водная гладь.

Крупнее хозяйства в стране вы не найдете, оно настолько большое, что пруды с рыбой находятся в трех районах Брестской области. Сколько заработали "рыбаки" в прошлом сезоне и с какими проблемами столкнулись в этом, узнал корреспондент Sputnik Станислав Андросик.

Рыбке надо дышать

Рыбное хозяйство в Березовском районе было решено создать еще в 70-е годы прошлого века, и проектировал его отдельный институт в Киеве. Поскольку пахотные земли у нас всегда в дефиците, то и организовали рыбхоз на неудобице и заросших лугах реки Ясельда. Теперь это сложная ирригационная система, состоящая из прудов и каналов.

Опытный рыбхоз Селец
© Sputnik / Виктор Толочко
При строительстве рыбхоза выпрямили русло реки Ясельда и затопили земли, непригодные для ведения сельского хозяйства

Рыбовод Максим Шумак с теплотой отзывается о своей "рыбке" и следит за тем, как идет лов. Сейчас он активный, но выглядит точно не как рыбалка или путина на Дальнем Востоке.

Инженерная мысль предусмотрела, кажется, все. Специалист рассказывает: "Вначале на специальном водоеме, где рыба нагуляла вес, начинают спускать воду, и она сама собирается у специального шлюза. Если она не торопится переходить в рыбоуловитель, то ее пугают ударами по воде".

Вообще рыбоуловитель — это специальный резервуар ниже уровня воды сродни бассейну. В него может уместиться 70 тонн рыбы. Правда, рыбовод говорит, что лучше, когда в нем ее вдвое меньше. Так она не травмируется и не теряет товарный вид.

На каждом пруду есть свой собственный рыбоуловитель
© Sputnik / Виктор Толочко
На каждом пруду есть свой собственный рыбоуловитель

Спрашиваем: а что происходит с травмированными карпами, судаками и толстолобиками? Рыбхоз работает с эффективностью автомата Калашникова, поэтому, по словам рыбовода, такая рыба прямиком отправляется в коптильный цех.

В уловителе рыбаки заполняют специальный ковш карпами, судаками, амурами и толстолобиками, которым их потом загружают в машины. Кстати, каждая оборудована баллоном с кислородом, потому что, как сказал Максим Шумак, "рыбке надо дышать".

Каждая машина для перевозки выловленной рыбы оборудована баллоном с кислородом
© Sputnik / Виктор Толочко
Каждая машина для перевозки выловленной рыбы оборудована баллоном с кислородом

После ее доставляют в сортировочный цех, где женщины ее разделяют по видам и классам, и так она распределяется по резервуарам. Затем приезжают машины, чтобы забрать живым весом рыбу, которая нужна торговым сетям.

В сортировочном цеху женщины работают по договору подряда
© Sputnik / Виктор Толочко
В сортировочном цеху женщины работают по договору подряда

УЗИ для рыбы

Рыбхоз "Селец" уникален не только своими огромными площадями, но и тем, что сам растит для себя мальков, или, как говорят профессионалы, "посадочный материал". На разных этапах от икринки, личинки и малька и вплоть до товарного состояния рыба проходит через разные специальные водоемы.

Рыбовод Максим Шумак с теплотой отзывается о своей рыбке и следит за тем, как идет лов
© Sputnik / Виктор Толочко
Рыбовод Максим Шумак с теплотой отзывается о своей "рыбке" и следит за тем, как идет лов

Сейчас для наполнения только одного такого садка требуется полтора месяца. Дело в том, поясняет нам рыбовод, что воду нужно отфильтровать, и не только от мусора, но и от личинок хищной рыбы, которая может попасть с речной водой.

После спуска воды рыба собирается у шлюза
© Sputnik / Виктор Толочко
Садки, куда рыба попадает после сортировки

Сейчас в рыбхозе идет "эксперимент", недаром он в названии имеет приставку "опытный". Стерлядь и осетр уже давно прописались на прилавках белорусских магазинов, теперь настал черед белуги. Рыба это тяжелая во всех смыслах, и не только потому, что после десятка лет весит 60 килограммов, но и потому что половое созревание самки наступает с 16 лет, а значит, первая ложка икры будет по-настоящему дорога к обеду.

Стерлядь и осетр уже давно прописались на прилавках белорусских магазинов
© Sputnik / Виктор Толочко
Стерлядь и осетр уже давно прописались на прилавках белорусских магазинов

Вообще процесс получения черной икры долгий и трудоемкий. Максим Шумак рассказывает, что осетр, например, при достижении семилетнего возраста вылавливается и отправляется на УЗИ. Там специалист оценивает, как созревает икра у самки и можно ли эту рыбу продавать изготовителям деликатеса в Беларуси и России.

Рентабельная рыба

По словам генерального директора Юрия Баженова, в год получается вырастить 3 тысячи тонн рыбы, из которой 700 тонн перерабатывает сам рыбхоз, еще столько же уходит на экспорт в Россию и ЕС, оставшаяся продукция продается на нашем рынке.

Интересуемся, куда "уходит" еще 900 тонн. Но повода для беспокойства нет, потому что это рыба, которая воспроизводится для нужд самого хозяйства. "Селец" активно продает другим рыбхозам личинки и годовиков (рыба, которой год или два – Sputnik) для зарыбления.

В год рыбхозу Селец удается вырастить 3 тысячи тонн рыбы
© Sputnik / Виктор Толочко
В год рыбхозу "Селец" удается вырастить 3 тысячи тонн рыбы

Вообще рутинной рыбалкой в рыбхозе занимается около 70 человек, хотя весь штат насчитывает приблизительно 240 человек. При этом в сортировочном цеху женщины работают по договору подряда.

"В прошлом году мы заработали 9 миллионов рублей (4,2 миллиона долларов в 2019 году – Sputnik). При этом рентабельность составила 7%", – рассказал гендиректор. В этом году он признает, что взять эту планку будет сложно, "пока не дотягиваем".

Травмированная при отлове рыба отправляется в коптильный цех
© Sputnik / Виктор Толочко
Травмированная при отлове рыба отправляется в коптильный цех

Юрий Баженов работает в рыбхозе 33 года, из которых 23 – руководит им. В былые годы, говорит директор, перед проходной собиралась очередь из машин, такой был спрос на живую рыбу.

Селец производит рыбу круглый год и может проводить отлов даже зимой
© Sputnik / Виктор Толочко
"Селец" производит рыбу круглый год и может проводить отлов даже зимой

Сейчас покупателя нужно искать, всему виной, как говорит гендиректор, "изобилие и выбор продукции, которая есть в магазинах". В этом году спрос падает еще и на волне коронавируса, потому что люди стараются меньше посещать рынки и магазины.

"В этом году мы продали на российский рынок всего около 60 тонн рыбы на сумму чуть больше 100 тысяч долларов", – констатирует Юрий Баженов. Для сравнения – в прошлом году в Москву и Санкт-Петербург ушло почти в десять раз больше.

В этом году спрос на свежую рыбу упал из-за коронавируса
© Sputnik / Виктор Толочко
В этом году спрос на свежую рыбу упал из-за коронавируса

Поэтому отдельные надежды гендиректор связывает с наступлением холодов, ведь российские рыбхозы в большинстве своем стараются реализовать свою продукцию осенью и сбивают цены. "Селец" производит рыбу круглый год и может проводить отлов даже зимой.

Мечтать белугой

Сейчас рыбхоз строит планы на будущее, где особое место занимает белуга, которую растили целых 16 лет. В настоящий момент часть стада белуг (300 голов) находится в водоеме у Березовской ГРЭС. Юрий Баженов говорит, что вода там теплая круглый год, и благодаря этому она быстрее созревает.

Гендиректор Юрий Баженов переориентировал рыбхоз на производство белуги
© Sputnik / Виктор Толочко
Гендиректор Юрий Баженов переориентировал рыбхоз на производство белуги

"Рыба у нас там чипирована, все имеют паспорта, и в будущем мы сможем проследить всю информацию о ней", – особо отметил гендиректор. Правда, сам рыбхоз не перерабатывает икру, и на предприятии задумываются над привлечением инвестора, который поможет открыть цех.

Икра белуги очень ценится, и при весе рыбы в 70 кг она может давать до 10 килограммов деликатесного продукта. В килограмме икры находится около 40 тысяч мальков. Правда, до стадии личинки доходит только 50%.

"В будущем году мы рассчитываем получить первое белужье потомство. Никто в Беларуси его не получает", – заверил он.

Поэтому Юрий Баженов делится с нами планами на белугу. Сейчас создается стадо производителей, и "Селец" будет получать собственных мальков, чтобы растить будущих производительниц черной икры. При этом самцы будут выбраковываться и уходить на продажу, как ценная порода рыбы.

Когда-то была многочисленной каспийская, азовская популяция белуги, сегодня из-за строительства ГЭС на реках, впадающих в Каспий, она нерестится лишь в низовьях
© Sputnik / Иосиф Будневич
Когда-то была многочисленной каспийская, азовская популяция белуги, сегодня из-за строительства ГЭС на реках, впадающих в Каспий, она нерестится лишь в низовьях

Интересно, что для обучения специалистов в рыбхоз привозили врачей из местной районной больницы, которые показывали, как работать с аппаратом УЗИ. Потому что рыбовод должен безошибочно отличать самца от самки и зрелость икры.

"Это самая лучшая в мире икра!" – с гордостью отмечает гендиректор.

В будущем году рыбхоз рассчитывает получить первое белужье потомство
© Sputnik / Виктор Толочко
В будущем году рыбхоз рассчитывает получить первое белужье потомство

В рыбхозе уже пускают в работу белуг, в частности, самцов, которые созревают раньше. Теперь в стране есть гибриды стерляди, ленского осетра и белуги. Все с приставкой "бел", как пояснил гендиректор, в рыбном деле, как и в принципе в сельском хозяйстве, ставку делают на гибриды, потому что они вбирают в себя лучшее от "мамы и папы".

© Sputnik
Смотрите, как происходит лов рыбы, на видео

P.S. Раньше "Селец" активно поставлял свою рыбу в балтийские страны, иногда до 500-600 тонн в год, но несколько лет назад в Литве партия зеленых провела закон. Теперь в торговых центрах нельзя в аквариумах продавать живую рыбу, потому что с точки зрения права это негуманно.

Балтийские страны не в состоянии переработать такое количество рыбы, которое предлагает белорусский производитель. Поэтому они переориентировались на посадочный материал, выращиваемый в отечественном рыбхозе.

Опытный рыбхоз Селец
© Sputnik / Виктор Толочко
700 тонн рыбы перерабатывает сам рыбхоз, еще столько же уходит на экспорт в Россию и ЕС

Правда, пандемия коронавируса и сюда внесла свои корректировки. Литовские партнеры попросту не могут приехать в Беларусь, чтобы подписать контракты на поставку. Юрий Баженов говорит, что партнеры из балтийской республики жалуются, что сейчас практически невозможно получить белорусскую визу, а нет визы – нет и подписи под такими нужными рыбхозу экспортными контрактами.

Читайте также:

2414
Теги:
осетровые, Беларусь, Березовский район (Брестская область), рыба
Российский боец Хабиб Нурмагомедов

Нурмагомедов в третий раз защитил титул чемпиона UFC

97
(обновлено 00:30 25.10.2020)
Российский чемпион после победы не смог сдержать слез и заявил, что уходит из UFC.

МИНСК, 25 окт – Sputnik. Чемпион UFC в легкой весовой категории россиянин Хабиб Нурмагомедов защитил свой титул в боюпротив американца Джастина Гейджи, сообщает Sputnik.

Хабиб с первых секунд начал действовать в привычной доминирующей манере, отодвигая соперника к сетке. Россиянин контролировал центр восьмиугольника. Однако бойцы не торопились увеличивать темп, обмениваясь по очереди серией ударов. В конце первого раунда Нурмагомедов перевел соперника в партер и попытался выйти на рычаг локтя, но не хватило времени.

Во второй пятиминутке россиянин не стал испытывать судьбу и начал бороться. В середине второго раунда Нурмагомедов приемом "треугольник " задушил оппонента.

После поединка Хабиб сказал, что сейчас хотел бы больше времени проводить со своей мамой и пообещал ей больше не выступать в смешанных единоборствах. Он отметил, что без отца ему неинтересно выступать в промоушенах.

"Я простой парнишка из дагестанского горного села. Когда в 2012 году я проводил первый бой в UFC многие в меня не верили, а вчера мой брат рассказал, что я стал самым обсуждаемым человек в мире, хотя я этого не хотел. Мы с отцом просто шли к чемпионству, у меня и мысли не было, что так много может обрушиться на голову", - сказал Нурмагомедов.

Он отметил, что самое главное это родители с которыми нужно быть рядом. 

Отец Хабиба Абдурахман Нурмагомедов умер от коронавируса в июле этого года, боец тяжело перенес его смерть.

Для 32-летнего Нурмагомедова это 29 победа и третья защита чемпионского титула UFC. В смешанных единоборствах у него нет ни одного поражения. 31-летний Гейджи потерпел третью неудачу за свою карьеру. Всего у спортсмена 25 поединков.

После победы над Гейджи он может стать первым в рейтинге UFC Pound-for-pound, который объединяет лучших бойцов вне зависимости от весовой категории, сейчас российский боец находится на втором месте.

97
Теги:
UFC, Хабиб Нурмагомедов