Виктор и Александра Дикие

Сыграли свадьбу 7 ноября и ни разу не поссорились

1256
(обновлено 11:03 07.11.2019)
Бриллиантовую свадьбу доводится отмечать не каждой семейной паре. Гомельчанам Виктору и Александре Диким повезло – они прожили вместе 60 лет и ни разу не поссорились. Sputnik не поверил, что так бывает, и напросился в гости к "молодоженам".

На кухне засвистел чайник. Хозяйка принялась разливать по чашкам кипяток. В нос ударил запах нарезанного к чаю лимона. Из соседней комнаты донесся голос главы семейства: "Шура, какую мне рубашку надеть?" "В клетку, но только не фланелевую", — ответила жена, и через полминуты к нам вышел Виктор Петрович.

Здесь, в деревянном доме на улице Бочкина в Гомеле, он с Александрой Петровной живет с 1958 года. Построил его своими руками. Без проекта, все расчеты сделал в уме. Ему тогда было 23, а молодой жене — 22. А ведь осесть пара могла на Донбассе — родине Виктора Дикого. Подробнее — в материале Анны Соколовой.

Девушка-шахтер

В 1954 году 18-летняя Александра Дубинина уехала из родной деревни Бобовичи (Гомельский район) в небольшой шахтерский город Димитров. Там жила ее тетя, она и предложила белорусской родственнице сменить работу. "К тому времени я уже имела три месяца трудового стажа на гомельском жирокомбинате. Работала в товарном цехе, получала 300 рублей. С такой зарплатой даже на пальто скопить было трудно. Да и не лежала у меня душа к той работе", — вспоминает причины переезда на Донбасс Александра Петровна.

Александра Дикая 25 лет отработала на Гомельском заводе пусковых двигателей
© Sputnik / Мария Амелина
Александра Дикая 25 лет отработала на Гомельском заводе пусковых двигателей

Труд в шахте был в разы тяжелее и опаснее. Девушке с восемью классами образования предложили толкать вагоны с углем. В каждом — тонна нужного стране ископаемого.

"Конечно, согласилась. Платили 900-1000 рублей в месяц. Кто ж от таких денег откажется?" — удивляется нашему вопросу 80-летняя женщина.

Работали на глубине 217 метров. Все делали вручную. За смену Александра с двумя помощницами выталкивала по 130 вагонов. В шесть утра спускались в шахту и только к восьми вечера выходили из нее. Путь под землей к участку тоже был неблизким — 2 км в одну сторону. И так каждый день.

Сначала свадьба, потом отношения

Виктор попал в шахту после ремесленного училища, где выучился на электрослесаря. Он старше Александры на год. Почему обратил на нее внимание, уже и не помнит.

"Она маленькая, но крепкая была. Увидел ее на комсомольском собрании. Предложил провести до общежития. Так и начали встречаться", — улыбается Виктор Петрович.

По выходным ходили в клуб. Пересмотрели все фильмы, что шли в прокате, некоторые по несколько раз. Но обнять себя даже в темноте девушка не позволяла.

"Меня так воспитали. Сначала свадьба, потом отношения", — подливает нам кипяток в чашки Александра Петровна.

Виктор был завидным женихом. От отчима ему достался культовый по тем временам легковой автомобиль — ГАЗ М20 "Победа". Мог бы устраивать покатушки с местными красавицами, но не стал. Запала ему в душу скромная белоруска.

Александра Петровна в первые годы после замужества
© Sputnik / Мария Амелина
Александра Петровна в первые годы после замужества

Встре­чались молодые люди почти год. Осенью 1956-го решили пожениться.

Праздник в празднике

В те годы День Октябрьской революции был чуть ли не главным праздником в году. Его отмечали два дня с большим размахом. Люди при любой погоде шли на демонстрации, высыпали на улицы трудовыми коллективами, компаниями, семьями.

Наши герои решили сыграть свадьбу 7 ноября, чтобы никому из родственников не пришлось отпрашиваться с работы. Торжество получилось более чем скромным. Без колец, свидетелей и подарков. За праздничный стол, который накрыла свекровь, сели около десяти человек родни. На парад не пошли. Свадьба как-никак веская причина.

"Платья белого и фаты у меня не было. Достала из шкафа красное шерстяное, заколола волосы невидимками, вот и все свадебные сборы", — улыбается Александра Петровна.

Ее маме Виктор сразу понравился. Расположить к себе сумел еще на вокзале в Красноармейске. Вежливый, обходительный, с чувством юмора. Правда, по дороге в Димитров чуть было не разочаровал тещу.

"Утром ударил сильный мороз, вот радиатор и не выдержал — на обратном пути моя "Победа" заглохла. Когда люди опаздывают, время бежит галопом, а тут еще и мороз. В общем, взбодрил я тещу перед свадьбой как следует", — смеется Виктор Петрович.

Главным блюдом на свадебном столе был жареный гусь.

"Ну и картошка, куда ж без нее. Нам в Беларуси она душу вымотала, смотреть на нее не могли, а украинцы ею даже пирожки начиняли. Витя до сих пор их любит", — улыбается хозяйка.

Генеалогическое дерево – подарок семье Диких к золотой свадьбе от внуков
© Sputnik / Мария Амелина
Генеалогическое дерево – подарок семье Диких к "золотой свадьбе" от внуков

Загса в Димитрове не было, молодую пару расписали в местном горсовете. Без длинных речей и поцелуев. Заплатили госпошлину 15 рублей, поставили отметку в журнале — и вот вам новая ячейка общества.

Осели в Гомеле

Через год после свадьбы родился сын. В том же году молодые супруги решили съездить на родину Александры Петровны. Пока гостили в Беларуси, узнали, что в Гомеле можно получить землю под строительство дома.

"Мы мечтали жить в своем доме, разбить яблоневый сад. К тому времени уже и денег скопили, поэтому над переездом в Гомель долго не раздумывали", — вспоминает события почти шестидесятилетней давности Александра Петровна.

Вернулись в Димитров, поделились планами с соседкой. А что могла посоветовать женщина, потерявшая недавно мужа-шахтера? Конечно, надо уезжать. Рудники давали возможность заработать, но и отнимали жизни.

Собственное жилье у молодой семьи поя­вилось спустя четыре года. Столько времени Виктор Петрович строил дом. Все сам, помощи ждать было не от кого. В нем Дикие живут до сих пор. Здесь они вырастили сына и дочь, помогли поднять внуков. В воспитании правнуков тоже участвуют. По крайней мере, о том, как старшие закончили первую четверть, прабабушка в курсе.

Главное — уступать друг другу

Сравнивая нравы того времени и нынешнего, супруги находят в первом только плюсы.

"Современная моло­дежь хочет получить все и сразу: дом, машину, хорошую работу. А так не бывает, все нужно заработать своим трудом. Легких денег в СССР не было, а сейчас есть, и они портят людей", — рассуждает Виктор Петрович.

Мы никогда не ссорились, – говорят Виктор и Александра Дикие
© Sputnik / Мария Амелина
"Мы никогда не ссорились", – говорят Виктор и Александра Дикие

"Плохо, что молодые старших не слушают. Идут под венец, хотя сразу видно, что они друг другу не подходят", — дополняет супруга Александра Петровна.

Вспоминая жизнь в СССР, оба сходятся во мнении: раз­водов было меньше, по­тому что люди к браку от­носились ответственно. Александра Петровна была передовиком производства на заводе пусковых двигателей. Помнит, как на работе за сканда­лы в семье могли вызвать "на ковер" и даже исклю­чить из партии, что было настоящим позором.

И все-таки глядя на горящие глаза супругов, кажется, что секрет счастливой и дол­гой семейной жизни за­ключается не только в старых нравах и строгой компартии.

"Ни в одной семье не обходится без разногласий. Мы с мужем тоже ино­гда ворчим, обижаемся, но никогда не ссоримся. В се­мье главное — уступать друг другу и ни в коем случае не мстить за обиды", — убеждена опытная хозяйка.

1256
Теги:
Гомель
Темы:
Четверть века без СССР (89)
По теме
Познакомились на кладбище в Радуницу и решили жить вместе
Белорусский детский хоспис

"Хоспис - не про смерть": как тяжелобольным детям дают надежду на жизнь

1034
(обновлено 17:57 14.06.2021)
За более чем четвертьвековую историю в этом медико-социальном учреждении оказали паллиативную помощь тысячам тяжело больных детей, а в обществе еще мало кто понимает, в чем смысл паллиативной, то есть поддерживающей, медицины.

Здесь нет такого понятия: откладывать дела на потом. Потому что потом может уже и не быть. В Белорусском детском хосписе стремятся делать все здесь и сейчас, по возможности.

И почему-то принято считать, что в хосписе умирают. Но это не совсем так. Да, сюда попадают люди с тяжелыми и, увы, неизлечимыми заболеваниями. Но все же хоспис – это место, где человеку помогают жить с диагнозом.

Вообще, Белорусский детский хоспис – это первая в своем роде общественная организация на просторах бывшего СССР. Она была создана в 1994 году. И вот уже 26 лет подряд здесь оказывают помощь сотням детей с неизлечимыми заболеваниями.

А идея создать детский хоспис принадлежит одному человеку – Анне Горчаковой. С момента открытия этого учреждения и по сей день – она и руководитель, и в буквальном смысле душа сотрудников и подопечных хосписа.

Корреспондент Sputnik Денис Кошелев пообщался с директором Белорусского детского хосписа и узнал, как много семей в стране нуждается в паллиативной поддержке, почему помощь нужна не только тяжелобольным детям, но и их родителям. А еще спросили – почему врачи зачастую циничны, легко ли заниматься паллиативом в белорусской системе здравоохранения, и есть ли по версии врачей жизнь после смерти.

Как создавали Белорусский детский хоспис

Анна Горчакова признается: никогда не хотела работать в медицине. Наоборот, было четкое убеждение – работать где угодно, но только не в системе здравоохранения.

"Я мечтала работать в сфере защиты животных, потом попала в школу, затем – в науку (биохимию). Но жизнь занесла в 1983 году в детский онкоцентр, где я стала работать воспитателем. Именно там и поняла: мне это так нравится! И дальше пошла учиться на клинического психолога", - рассказывает Анна Георгиевна.

С ее слов, тогда было непростое, но очень развивающееся время в онкологии. Если поначалу выживаемость была 10%, а врачи ходили, опустив голову от безысходности, то потом наука двинулась вперед. Стала расти выживаемость: 67% и выше.

>> Детский хоспис: жизнь пациентов без боли – видео

"Меня отправили на стажировку в 1994 году в Америку. По возвращении спросили, что можно сделать в Беларуси для паллиативной помощи. Я сказала, что в нашей стране можно организовать домашний детский хоспис. Почему домашний? Потому что построить и содержать здание в то время было чем-то невозможным", - вспоминает директор детского хосписа.

Зарегистрировали устав. Собрали команду. Сперва арендовали помещение. Со временем за счет меценатов был приобретен трехэтажный дом в поселке Боровляны. А потом и вообще построили новое здание.  

"Мы были первыми на просторах бывшего СССР. Более того, на просторах Восточной Европы такого не было, не считая острова Великобритания. Мы были первыми вместе с поляками", - говорит Анна Георгиевна.

Хоспис – место, где умирают?

Деревянная беседка, цветы у входа, позади здания небольшой сад. На первом этаже в доме — уютный холл. Гостевая комната и много-много игрушек. Стол, кресла и диваны. На третьем этаже маленькая часовня. Обычно в голливудских фильмах такими изображают дома для пожилых людей.

Так сложилось ментально, что для большинства людей хоспис – это жуткое место, где заканчивается жизнь человека. Анна Горчакова говорит, что это в корне не так.

"Это ментальность наша, и она меняется очень медленно. Я прочитала, что где-то на 2% в 100 лет. И то, что заложено предками, не так просто изменить в голове. Но такое впечатление объяснимо: раньше хосписы были при больницах. И там действительно умирали люди. Сейчас хоспис – это отдельное учреждение, где больше жизни, нежели смерти. Но только если мы говорим о детских учреждениях. Если о взрослых, то это, увы, пока больше про смерть", - делится мнением собеседница.

Директор Белорусского детского хосписа Анна Горчакова
© Sputnik Дмитрий Марков
Директор Белорусского детского хосписа Анна Горчакова

Причем паллиатив – это не только дети, у которых последние стадии рака. Хоспис помогает пациентам с тяжелыми формами ДЦП, с метаболическими заболеваниями, с генетическими заболеваниями и др. Более того, последнее время мы берем под опеку онкобольных во время тяжелого лечения, чтобы помочь им выйти в ремиссию. Вся помощь оказывается на дому, где ребенку комфортно. В нашем здании – студия абилитации "ПроАктивность", кабинеты психологов, уютные комнаты для временного пребывания.

"Мы оказываем помощь порядка 500 семьям со всей страны, в хосписе работает 33 сотрудника на полную ставку и 22 – по договору подряда. Персонал выезжает во все точки республики. Обучает родителей, как ухаживать за больным ребенком, есть социальные работники, сиделка. Особенность паллиатива – это индивидуальный подход к каждому. К примеру, ребенку нужна ванна, и мы под ребенка покупаем ванну. Нужен кислородный аппарат – значит покупаем его", - говорит руководитель БДХ.

Про отношения с родителями

Когда у семейной пары ребенок, который тяжело и неизлечимо болеет, помощь хосписа нужна всем. Сотрудники медико-социального учреждения стремятся работать так, чтобы поддерживать всех членов семьи. Отношения родителей и сотрудников хосписа не всегда складываются легко.

"Но мы всегда стремимся найти компромисс и всегда его находим. Помощь оказывается индивидуально. Если ребенок маленький, то ему оказывается медико-социальная помощь, а родственникам – психологическая и духовная. Есть еще одна особенность – сиблинги – братья и сестры больного ребенка. Не так просто жить в семье, где у тебя есть больной брат или сестра, а ты на втором плане. И у нас есть программа, когда мы помогаем "сиблингам" адаптироваться к такому укладу жизни", - добавила Анна Горчакова.

При этом отмечает, что важно не приучать семьи к тому, что хоспис будет делать все в плане паллиатива и ухода за ребенком.

"Мы всего лишь помогаем, облегчаем симптомы. Но мы не можем, к сожалению, их полностью убрать. Поэтому берем семью под опеку на время в тяжелый период, а затем снимаем с опеки. Но при ухудшении состояния можем взять обратно", - говорит директор БДХ.

По словам Анны Горчаковой, лучше всего паллиативной помощью охвачен Минск. С регионами есть трудности. С ее слов, даже если ребенка на некоторое время доставят в хоспис – после его все равно нужно возвращать домой, порой это глухие деревни.

"Ни один участковый врач не может оказать полноценную паллиативную помощь тяжело больному ребенку. Потому что у такого врача много работы, ему элементарно не хватает времени и знаний. Потому мы запустили проект, когда в регионах у нас работают уже подготовленные специалисты. Но все равно их не хватает.  Проблема в том, что не хватает и общественных организаций, которые бы занимались паллиативом. А еще катастрофическая нехватка специалистов. Паллиатив – ведь это про каждый день", - отметила Анна Георгиевна.

Про отношения хосписа с государством

Анна Горчакова отмечает, что работать общественной организации с государством в медицине непросто. А сейчас стало еще сложнее. Начались проблемы с оформлением работников. Оказалось, теперь сотрудникам учреждения не включают годы работы в хосписе в профессиональный стаж.

"Мы хотели, чтобы у наших сотрудников сохранялся профессиональный стаж. Пришел человек – 25 лет ему всего. Он работает, а через 5 лет захотел уйти в госсужбу. И что это не засчитывается? Как так? Причем узнали мы об этом постфактум. А кричим везде, что медицине нужны молодые кадры. А как их привлечь? Когда стаж профессиональный не идет – получается, что годы впустую", - отмечает она.

Анна Горчакова убеждена: общественные организации крайне необходимы для развития паллиативной помощи. Потому что паллиатив – это гибкость, индивидуальный подход, а не только протокол лечения.

"Хоспис – это качество жизни пациента. И ни одна госорганизация не может обеспечить на продолжительный период качество жизни тяжелобольного человека. Поскольку они работают по протоколам и потому не могут быть гибкими, а общественные организации работают более индивидуально. Поэтому нужно уметь делегировать некоторые полномочия, и работать не вместо, а вместе на правах полноценных партнеров", - убеждена директор детского хосписа.

По ее словам, донести эту позицию до госорганов не просто, потому что это требует принятия решения, а в системе кто-либо всегда боится принимать важное решение. Потому что это рискованно и ответственно.

"Когда мы видим, что ребенку остается жить буквально пару дней, а ему в медучреждении предлагают сделать компьютерную томографию. А зачем? Посмотреть, как опухоль растет? У него паллиатив. Это ничего не меняет. Он умирает. Его нужно обезболить и обеспечить ему право спокойно уйти.

И еще одна вещь – государство не всегда умеет считать деньги. Когда мы построили новое здание хосписа, которое после передали на баланс государства как центр паллиативной помощи, то стоимость здания в конце строительства и его начале была одинаковой, потому что мы четко просчитали каждую позицию, ведь деньги доставались с большим трудом и это учило нас считать. Слали деньги рабочие, пенсионеры, заключенный даже отправлял средства. Деньги не упали с неба, потому все считали до копейки", - поделилась мнением она.

Корреспондент Sputnik Денис Кошелев пообщался с директором Белорусского детского хосписа
© Sputnik Дмитрий Марков
С оказанием паллиативной помощи регионами есть трудности, констатирует Анна Горчакова

Анна Георгиевна убеждена: государство дает стабильность. Но стране не хватает партнерства. Когда бизнес и государство не вместо, а вместе в сотрудничестве.

Почему многие медработники уходят из хосписа

Далеко не каждый может работать в таком медико-социальном учреждении. Как считает Анна Горчакова, здесь важен не только набор профессиональных качеств, нужен особый склад характера.

"Бывает, профессионал, а эмпатии нет.  Или наоборот, когда много эмпатии, а профессионализма нет. Кроме того, эмпатия - это одно, жалость - другое. Когда эмпатия в медицинской профессии меняется на жалость – все, можно уходить. В основе должно лежать уважение к человеку, а не жалость", - убеждена Анна Горчакова.

По ее мнению, чтобы в такой непростой специализации понять, твое это или нет, нужно около года.

"В принципе, большинство, медсестер работает восемь-десять лет. Есть сотрудники, которые работают по 25 лет – это три человека. Причем, одна пришла из родителей, то есть когда-то была мамой нашего подопечного. Современная молодежь другая - они часто не могут найти себя. Поработают полгода и не знают, что дальше делать", - говорит она.

Эвтаназия – возможность спокойно уйти или убийство?

Слово "эвтаназия" происходит от греческого еu — "хорошо" и thanatos — "смерть". В наши дни определение "эвтаназия" описывают в юридическом словаре как " удовлетворение просьбы больного об ускорении его смерти действиями или средствами, в том числе прекращением искусственных мер по поддержанию жизни".

То есть уходу из жизни человека должны предшествовать тяжелейшие страдания от неизлечимого заболевания. Собственно, главная задача доктора – прекратить страдания пациента. И в такой ситуации смерть – единственная возможность прекратить мучения. Значит, для пациента – это благо?

"К взрослой эвтаназии я отношусь хорошо. Это одно из важнейших прав. Но к детской эвтаназии отношусь плохо – потому что это не право выбора ребенка, а право выбора родителей. То есть ребенок не просит", - рассказывает Анна Георгиевна.

В ее практике был случай, в начале 90-х годов, когда парня после лечения в Голландии вывели в ремиссию, отправили домой со словами, что это максимум на год.

"И врачи ему дали три таблеточки, сказали, что когда он будет умирать, то может принять эти таблетки для быстрой смерти. И он до последнего сжимал в ладошке эти таблетки. А умирал очень тяжело. Он открывал эту ладошку, посмотрит, улыбнется и закроет.  И так умер. Держа в руках таблетки. Но важно другое, что у него был выбор. И у него было право на эвтаназию, которым он решил не пользоваться. Но страшнее, когда этого права нет", - считает она. 

Придет ли Беларусь к эвтаназии?

По словам директора БДХ, Беларусь нескоро придет к вопросу об эвтаназии. И дело здесь не в государстве, а в обществе.

"Это очень сложная правовая акция, не потому что у нас плохо с законами. Представьте, эвтаназия у нас есть. Человек хочет ею воспользоваться. И вот запустился сложный процесс. Выдают по итогу заключение – пациенту эвтаназия разрешена. И тут его дальние родственники или друзья начинают возмущаться, писать письма, выступать в прессе, что, мол, как так – лишают жизни нашего родственника. И в системе обязательно кто-то и струсит. Скажут, а давайте вас все-таки полечим. У нас люди до сих пор не воспринимают смерть как естественное. Жизнь принимают, а смерть нет".

Почему многие врачи циники

Многие явно сталкивались с хладнокровием врачей. О смерти близких говорят спокойно, о тяжелых недугах – прямо в лоб, не церемонясь. И как правило, это обижает людей. Мол, как же так? А где сострадание и гуманность? Ведь задача медработника – исцелять, помогать. Анна Горчакова уверена, что многие врачи циничны по одной простой причине.

"Это защита. Включается блок. Потому что врачи не получают психологической разгрузки, у них нет групп психологической поддержки. Но не это главное. Главное то, что они загружены не только своими обязанностями, но и массой других. Их не учат в университетах, как работать с разными типами пациентов, как самому защищаться, что говорить и что не говорить в той или иной ситуации".

Анна привела в пример методы работы врачей в клиниках Швейцарии. Отмечает, что там тоже нет психологов у врачей. Но там иной формат работы медработника и пациента.

"Там четкие должностные инструкции. Их не должно быть больше 10. И за каждую врач отвечает головой. А вот за 11 он отвечать не обязан. И если его вызывает главный врач и говорит – иди сделай то и то для общего дела, то сотрудник клиники запросто откажет, это не входит в его обязанности. У нас это, к сожалению, не так. Врачи выгорают морально", - убеждена Анна Георгиевна.

Есть ли жизнь после смерти

Принято считать, что люди из сферы науки и медицины не верят в потустороннюю жизнь. Но на самом деле, есть целый раздел в науке, который изучает физические изменения в теле человека, происходящие перед смертью и после неё. И многие ученые верят – новая жизнь после смерти есть.

"Вообще я считаю, что каждый уходит туда, куда он хочет. Как говорится, во что верите – так и случится. Я преподаю небольшой курс танатологии, даю модель смерти. В моей модели – человек попадает во временную капсулу, потом переходит в пространство, когда он видит своих родственников, потом, когда молекулярная масса раскручивается, он уходит в коридор Моуди и дальше случается новая жизнь", - рассказывает директор хосписа.

Но, по ее словам, главное - жизнь заканчивается, когда нету памяти.

"То есть мы умираем тогда, когда наша молекулярная масса переносится в другое пространство и родится кто-то другой. Но меня уже это не волнует. То есть все, что я успеваю сделать, нужно успеть сделать в этой жизни. Вот такая вот теория", - подытоживает Анна Горчакова.

Читайте также:

1034
Теги:
Белорусский детский хоспис

Лучшим косцом стала женщина как в Липнишках праздник сенокоса отметили

1135
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
  • Липнишковские сенокосы
"Каса любіць брусок і сала кусок", - гласит белорусская народная пословица. Соблюдая традиции предков, в Ивьевском районе провели конкурс "Липнишковские сенокосы".

Сначала косцы продемонстрировали, как украсили свои косы куклами-оберегами. "Покосницу" с древних времен делали в июне из самых разных материалов и брали с собой на сенокос. Ее садили у стога, чтобы она оберегала косцов от порезов и приносила удачу.

Но самое главное для участников конкурса – показать свои умения на лугу. Необходимо будет скосить траву на площади около одной сотки. Оценивали не только скорость работы, но и ее качество, высоту покоса.

Третий этап соревнований под названием "Обед на траве" - самый приятный. Сало, колбаса, окорок, драники и блины, огурцы с медом - выбрать победителя было не просто.

Ко всеобщему удивлению, по результатам конкурса максимальное количество баллов набрала жительница Липнишек Анна Силюк. А председатель Ивьевского райисполкома Игорь Генец победил в номинации "Знак качества".

Также на Sputnik:

1135
  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    На празднике "Липнишковские сенокосы" в Ивьевском районе определили лучшего косца региона.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Сначала косцы продемонстрировали, как украсили свои косы к празднику. Это был первый этап конкурса.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Куклу-оберег "Покосницу" с древних времен делали в июне из самых разных материалов и брали с собой на сенокос. Ее садили у стога, чтобы она оберегала косцов от порезов и приносила удачу.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Традиции кукол-оберегов в Липнишках сохраняют в кружке "Беларуская лялька" Марии Пякши.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Испокон веков первый сенокос для белорусов был праздничным событием, его ждали с нетерпением.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    В соревновании приняли участие 12 косцов.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    На лугу их встречали с музыкой.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Организаторы отмечают, что принять участие в нем может любой желающий.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Косцы разбирают свой инструмент и готовятся к соревнованию. Оценят не только скорость работы, но и ее качество, высоту покоса.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Самое главное – показать свои умения на лугу. Каждому из участников необходимо было скосить траву на площади около одной сотки.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    "Касі, каса, пакуль раса", - так назвали этап конкурса на прокосе.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Болельщики поддерживают своих участников.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Третий этап соревнований под названием "Обед на траве" - самый приятный.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    "Каса любіць брусок і сала кусок", - гласит белорусская народная пословица.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Участники с удовольствием угощали белорусскими блюдами и закусками.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Сало, колбаса, окорок, драники и блины - выбрать победителя было не просто.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Свежий огурец с медом - любимое летнее угощение белорусов.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    По результатам конкурса максимальное количество баллов набрала жительница Липнишек Анна Силюк.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    А председатель Ивьевского райисполкома Игорь Генец победил в номинации "Знак качества".

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik / Виктор Толочко Альфред Микус

    "Обед на траве" завершал соревнования.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    Вечером гостей пригласили на общий хоровод.

  • Липнишковские сенокосы
    © Sputnik Альфред Микус

    "Липнишковские сенокосы" возрождают традиции предков.

Теги:
соревнования по сенокошению, Ивьевский район (Гродненская область), белорусская кухня, традиции и обряды
Меган Маркл

По зову сердца: Меган Маркл обошла Кейт Миддлтон в гонке за уважение

0
Молодежь по достоинству оценила смелость мятежных герцогов, которые следуют за своей мечтой, а не королевским протоколом.

Меган Маркл обогнала соперницу Кейт Миддлтон в гонке за звание самого уважаемого члена монаршей семьи: об этом рассказало издание Independent.

Жены принцев Гарри и Уильяма давно соперничают друг с другом. Симпатия королевы очевидно на стороне Кейт, хотя когда-то Елизавета II сомневалась и по поводу нее. А вот кого "предпочитают" тинейджеры – решила узнать компания Stem 4.

Издание Independent привело результаты опроса, в котором участвовали молодые британцы в возрасте от 13 до 25 лет и выяснило и любопытные детали.

Одна из самых волнующих – то, что в гонке за уважение Маркл обошла Кейт Миддлтон. 

Принц Гарри и его возлюбленная набрали больше 20% голосов из-за того, что восхищают молодежь своей смелостью и умением прислушиваться к себе, следовать зову сердца – без страха и вопреки мнению других.

А вот "слишком послушные" принц Уильям и Кейт Миддлтон расположились лишь на третьей строчке – у них 11% голосов.

Авторитетом для всех поколений остается сама королева: Елизавета II продолжает оставаться самым уважаемым членом собственной семьи с 26% голосов.

Читайте также:

0
Теги:
Великобритания, Кейт Миддлтон, Меган Маркл
Темы:
Королевские новости